Чтобы украинцы не умерли с голоду — им в яму бросали булку на десятерых. Раз в сутки…., — Елена Кудренко

Новости

Елена Кудренко

Кто попадал в плен к чеченцам или казачкам — мог оказаться в яме на улице. Чтобы украинцы не умерли с голоду — им в яму бросали булку на десятерых. Раз в сутки.

Среди «дежурных» попадались такие, кто забегал к пленникам с намерением просто расстрелять — каждый раз, когда ползли слухи о скором взятии Донецка силами ВСУ (по мотивам интервью с Сергеем Степановым, бойцом 20-го батальона).

… И это тоже можно назвать адом. Для каждого он свой — тюрьма, семья, школа, плен. Первая задача — выжить. Морально и физически. Вторая — выбраться.

Выжить и выбраться. Яма, четыре стены или почти могила где-нибудь в степях Донбасса после боя. Если ты понимаешь, что есть шанс — ты должен выжить и выбраться. Сколько из вас это проходили? Коридоры смерти, устроенные «ихтамнетами», котлы, марши пленных в Донецке — это тоже ад, больший или меньший. И одному Богу известно, что ты чувствовал в тот или иной момент…

Быть привязанной к столбу «позора» на оккупированной территории, с украинским флагом и табличкой, указывающей на твою позицию — это ад. Когда они плюют на тебя, оскорбляют и разгоняются, чтобы засадить ногой по почкам — через это тоже проходят. Из этого выбирались.

Приговор, оглашенный россиянами за то, что ты на своей земле остался гражданином СВОЕЙ страны, и долгие месяцы, и даже годы заточения — это тоже испытание. Сильнейшее. Сохранишь ли ты надежду? Веру? Верность? Дай Бог им выжить и выбраться…

Не буду врать — как большинство женщин избегаю фото особых зверств, или описаний издевательств. Если бы я была, например, военным журналистом, или просто журналистом — это было бы работой. Хочешь или не хочешь — разбирайся. Смотри. Слушай и пиши. И нервы для этого нужно иметь железные, или же чувства должны притупиться — чтобы методично заниматься обработкой ТАКОЙ информации.

Сейчас война — и каждый из нас становится в какой-то мере военным журналистом. Конечно, есть политический мусор, для которого и герои — не герои. И война — не война. Но это их совесть, позарившаяся на обещания и хорошо оплаченная извне.

Я знаю, что многие никогда не расскажут, через ЧТО они прошли. Потому что есть вещи, после которых можно в петлю, или сломаться на всю оставшуюся жизнь.

В какой-то момент очень хотелось, чтобы они, которые россияне — из Москвы, Питера, Краснодара, Читы, Тольятти — услышали, узнали, ужаснулись. Что ИХ государство принесло на нашу землю. Потом пришло понимание — что этого не будет. В какой-то момент стало все равно. Узнают? Поймут? Ужаснутся?

Загрузка...

… Да какая теперь разница? Что от этого изменится?

У Украины две задачи: ВЫЖИТЬ И ВЫБРАТЬСЯ. И все меньше людей сомневаются, что так и будет. Мы это сделаем.